Как устроен ансамбль камерной музыки Simple Music Ensemble и зачем его знать
«Вообще-то мы не работаем, а кайфуем», — говорит, смеясь, валторнист Григорий Волков, придумавший и собравший ансамбль камерной музыки. Простота как постоянная константа в работе и жизни, о которой во время разговора он вспомнит не раз, заключена и в самом названии Simple Music Ensemble, и даже в надписи на толстовке музыканта. Она гласит: «Изи», и это именно тот случай, когда хочется припомнить известную шутку: «Совпадение? Не думаю». Положенный в основу принцип — делать только то, что нравится, — подтверждает в первую очередь сама программа. В ней барочная музыка соседствует с саундтреками из «Звездных войн», «Интерстеллара» и «Молодого папы», а сочинения Баха, Вивальди и Моцарта — с композициями Бьорк, Radiohead и System of a Down.
Единственный в своем роде ансамбль камерной музыки появился в 2018 году — и сразу в статусе независимого коллектива. «Еще когда я учился в консерватории, понял, что не хочу просто сидеть на зарплате в оркестре, — рассказывает Григорий. — Как правило, наши оркестры, за очень редким исключением, исполняют либо популярную музыку, либо Чайковского и Рахманинова — изо дня в день, из года в год одно и то же. Мне хотелось экспериментировать, играть разные стили и жанры, потому что всегда нравилось придумывать, собирать людей. Я понял, что здесь в этом смысле нет особо никаких перспектив и поехал учиться в Германию. Мне больше нравится камерная музыка, а не оркестровая, потому что у каждого есть свой индивидуальный голос. Ты выбираешь музыку, которая тебе близка, собираешься с людьми, которые тебе нравятся, и вы играете вместе. Вот, в общем-то, и все. Так что, когда я вернулся, так и сделал».
Музыканты, входящие в состав Simple Music Ensemble, работают, к примеру, в оркестре Теодора Курентзиса musicAeterna, Большом театре, Центральном военном оркестре, Государственной академической симфонической капелле, Мариинском театре и в самых разных европейских оркестрах. «Мы, действительно, отовсюду», — улыбается Григорий Волков, наблюдая за реакцией, которую производят его слова о том, что, если посчитать всех, получится больше ста человек из лучших музыкальных коллективов страны и Европы. Улыбается и добавляет: «Ну я же говорю, все просто».
С недавних пор у ансамбля есть и собственный дом — большое светлое пространство на территории «Хлебозавода» с панорамными окнами и видом на конструктивистские постройки. Над входом в удобной нише — повисшая в воздухе валторна, с которой все и началось: и для Григория Волкова в его музыкальной жизни, и для его команды. Рассказывая, как они обосновались здесь, музыкант вспоминает: «Весь карантин я просидел в деревне, так что время подумать о пресловутом «а что же дальше» было. Понятно, что я сразу пришел к выводу, что нужно придумывать, искать новое, развиваться. Мы уже играли, и много, на самых разных московских площадках — в «Аптекарском огороде», «Зарядье», Новом пространстве Театра Наций, — но с самого начала мне хотелось, чтобы у нас был свой собственный дом, куда бы мы могли всех звать. Я решил вернуться к этим планам и просто стал писать в разные места, рассказывать о нашем коллективе. Ребята с «Хлебозавода» ответили день в день, а потом мы познакомились и тут же поняли, что свой дом действительно нашли. Поставили стулья и завертелось».
Отвечая на вопрос, есть ли у ансамбля директор, менеджер или администратор, валторнист отрицательно, но весело качает головой: сейчас всем он занимается сам, помогают и другие участники. «У меня нет никакой проблемы, связанной с тем, что я, мол, музыкант и хочу думать только о высоком, о творческом, а тут вот административная хозяйственная работа, которой нужно заниматься. Мне вполне гармонично все это соединять, потому что именно этого я действительно хотел с самого начала», — говорит он, не скрывая, впрочем, что за независимость ансамбля приходится расплачиваться и ответственностью, и рисками. Страшно ли было в докарантинные времена не собрать полный зал? Конечно! Трудно ли сегодня работать всего на двадцать пять процентов? Разумеется! Стоит ли игра свеч?
К этому моменту разговора уже предельно ясно, что с трудностями Simple Music Ensemble сталкивается точно так же, как и любой другой творческий и автономный коллектив. Ясно и то, что любые сложности видятся здесь чем-то вроде нового приключения. Логика, в общем-то, действительно проста: если сидеть на месте, то «завтра» не получится интереснее, чем «вчера».
Билеты на программы с музыкой из саундтреков популярных фильмов продаются лучше, чем на программы камерные и слушателям пока не совсем знакомые, но в этом есть и плюсы. Практика показывает, что зрители, оказавшись на одном концерте — как правило, чаще всего это именно киномузыка, — приходят во второй, третий и далее по списку разы, выбирая уже новые для себя направления и жанры. «Так мы можем привлечь сюда больше людей, помочь им приобщиться. Слушатели, как правило, сначала не знают, кто такой, к примеру, Палестрина (композитор эпохи Ренессанса, знаменитый полифонист. — «РБК Стиль») А здесь они узнают и начинают интересоваться камерной музыкой все больше и больше. Поэтому мы хотим сохранить какой-то баланс, исполняя хорошую популярную музыку, которая будет оправдана коммерчески, и ту музыку, которая интересна нам самим и которая нигде больше не звучит, поскольку в репертуар музыкальных театров и академических площадок она тоже не особенно попадает», — объясняет Григорий Волков. Ему вторит оставшийся «дома» после репетиции тромбонист Егор Павлов: «Мы собираемся здесь по духу, приходим воплощать в реальность то, что всегда хотели исполнять, но что исполнять не получалось, потому что везде свой репертуар, свои планы и нормативы, своя жизнь, куда не совсем вписываются твои мечты об определенных композиторах и произведениях».
«Конечно, нам хочется популярности, — продолжает мысль Григорий. — Не для удовлетворения собственных амбиций, а для того, чтобы камерная старинная музыка звучала еще чаще, чтобы люди знакомились с ее языком». Вся транслируемая легкость ничуть не отменяет долгих репетиций, поскольку усердие, направленное на сокращение дистанции между сценой и залом, должно множиться на мастерство исполнения — и это музыканты понимают сполна. Но, по словам основателя Simple Music Ensemble, это вовсе не значит, что серьезные музыканты должны ходить с исключительно серьезными лицами. «Пусть все будет изи», — заключает он. Кстати, одна из программ ансамбля так и называется — Simple Man, — и что это, если не напоминание в начале года каждому из нас.
Валторнист Григорий Волков: На сцене мы вспоминаем, зачем потратили детство на бесконечные занятия музыкой
Ɔ. Валторна — не самый очевидный выбор инструмента для ребенка из немузыкальной семьи. Это было родительское решение?
Нет, мое. Старший брат занимался в музыкальной школе по классу фортепиано, как-то мы всей семьей пошли на его отчетный концерт. На сцену вышел квартет валторн. Выступление меня впечатлило, и я решил, что буду заниматься на этом инструменте. Желание было абсолютно спонтанным, но родители его поддержали. Я стал учиться в музыкальной школе, потом добавились частные уроки у педагога, который работал в Большом театре и преподавал в Центральной музыкальной школе при Консерватории. Ее я в итоге и окончил, а после поступил в Московскую консерваторию.
Ɔ. Какое будущее вы для себя видели?
Честно говоря, особых перспектив я не видел, постоянная работа в оркестре Большого театра, Филармонии или РНО не вдохновляла. Валторна действительно редкий инструмент в нашей стране, от этого и подход к валторнистам довольно формальный. Лучшее образование для игры на медных духовых инструментах дают в Германии, Австрии и Швейцарии. Поэтому я решил взять академ и уехать в Германию.
Ɔ. Почему именно туда?
Хотел учиться у авторитетного специалиста по валторне, профессора Марии-Луизы Нойнекер, которая до сих пор преподает в Берлине. Конкурс был огромный — больше 30 человек на место. Естественно, я не прошел, но и возвращаться намерения не было, поэтому несколько семестров провел в консерватории Ростока, которая, кстати, расположена в средневековом монастыре. Доброжелательный профессор, приятный город на Балтике, но меня не оставляло желание попасть к профессору Нойнекер. В итоге я поступал к ней три раза, каждый раз усложняя программу. Пройти не прошел, но Мария-Луиза заметила меня и посоветовала поехать в Майнц к ее ученице. Я поступил, отходил пару семестров и начал думать о переводе в другую консерваторию: я интуитивно чувствовал, что учить игре на валторне надо по-другому. Обучение в Германии закончилось на третьем профессоре — Йорге Брюкнере, солисте Мюнхенской филармонии, который преподавал в консерватории города Веймара. Это оказалась настоящая солдатская муштра: с восьми утра каждый день мы делали одни и те же упражнения всем курсом.
Ɔ. Иногда максимальное количество повторений дает максимальный результат. В случае с игрой на валторне это не так?
Повторения с умом — да, а просто набор одинаковых упражнений для всех — нет, у всех же индивидуальный исполнительский аппарат. Обучение музыке, искусству в целом не предполагает агрессии и коллективности, это тонкая индивидуальная работа. Цель преподавания в консерваториях Германии по валторне — поступление в оркестр, поэтому 90% времени уделяется технике и подготовке именно конкурсной программы. Но у меня была другая мечта — я хотел свободно играть на валторне, быть счастливым и заниматься творчеством, а не только сесть в оркестр или театр, чтобы получить работу. Именно поэтому я сбежал из Веймара через две недели.
Ɔ. Так вы снова оказались в Москве?
Какое-то время я жил в Майнце, факультативно занимался с разными педагогами по всей Германии. В это же время по-настоящему увлекся вином (Майнц — винодельческая столица Германии), стал изучать все, что связано с производством, и подрабатывать в энотеках. Потом открыл свое антикафе в соседнем городе Висбадене, но надо было поехать в Москву, чтобы получить рабочую визу. Мне ее, к сожалению, не дали. Остался в Москве, вакансий в оркестрах не было. Поэтому я продал валторну, стал работать в винотеках, в частности в Simple Wine и «Хлеб и вино», пока однажды не увидел объявление о возможности получения стипендии в Швейцарии для студентов творческих специальностей из России и решился попробовать снова продолжить обучение. Собрал последние деньги и уехал в Берн, к известному профессору Томасу Мюллеру. Он меня не только принял, но дал и жилье, и работу в собственном гараже (у него свой автопарк из ретроавтомобилей и частный самолет). В Берне я провел три года. Стипендию, кстати, тоже получил, но не в первый год. Именно Томас научил меня игре с удовольствием, другому отношению к инструменту. У нас с детства вбивают, что, если ты взял не ту ноту, это катастрофа. Но если мне нужна идеальная музыка, я могу включить студийную запись. Живое концертное выступление тем и уникально, главное — не бояться сделать ошибку. Томас помог мне избавиться от сурового академизма. Благодаря работе с ним я раскрепостился, стал понимать, чего хочу, а чего нет. Появилась внутренняя свобода.
Ɔ. Если бы можно было суммировать весь опыт: что самое главное, что вы поняли в Европе? Чем отличается российское и европейское музыкальное образование?
Я понял, зачем занимаюсь музыкой и насколько ценно вообще то, чем я занимаюсь. В Европе не заставляют посещать те или иные предметы, там не нужно сдавать огромное количество зачетов и экзаменов, чтобы окончить семестр. Там создают комфортные условия для максимально эффективных занятий по направлениям, которые интересны конкретному студенту. Это главное отличие. Плюс огромное разнообразие школ и методик, свобода выбора педагога. Учиться не у одного, а у многих — абсолютная норма.
Ɔ. Как вы решили создать собственный оркестр?
Я вернулся в Москву по личным причинам, стал работать маркетологом в компании Yamaha и постепенно знакомиться с друзьями-музыкантами, круг расширялся, появилась возможность что-то делать. Опыт уже был: в Германии у меня был ансамбль валторн, в Швейцарии — духовой квинтет и трио натуральных валторн. Я всегда хотел делать свое, продюсировать, выбирать площадки, музыкальный материал. К тому же я много лет увлекаюсь барочной музыкой. Работая с Камерным оркестром Тарусы, я познакомился со скрипачкой Анной Яновой, тоже увлеченной барокко. Вдвоем мы собрали команду, начали репетировать, потом я написал в «Аптекарский огород», предложил сделать программу. Там состоялся первый концерт, положивший начало долгому и продуктивному сотрудничеству.
Ɔ. Как появилось название Simple Music Ensemble и почему именно камерная музыка?
Мы долго думали и поняли, что именно это сочетание передает отношение ко всему, что мы делаем. Музыка — это просто, ее легко играть, когда ты не воспринимаешь ее как работу, ее легко слушать, когда музыканты открыто и свободно передают свою энергию публике. Камерная музыка позволяет на ином уровне общаться с аудиторией, в ней каждый инструмент обретает свой незаменимый голос. Не зря говорят, что камерная музыка — это музыка на расстоянии вытянутой руки. Здесь гораздо больше возможностей раскрыть свои творческие идеи и индивидуальность.
Я ощущаю внутреннюю энергию, драйв от того, что делаю, и от контакта со зрителем. Мне никогда не хотелось просто играть в оркестре по расписанию и вступать в нужном месте по команде дирижера. К тому же в большом оркестре у валторны мало возможностей проявить свою индивидуальность.
Ɔ. Сколько человек в вашей команде и как вы выбираете материал? Вы же играете не только старинную музыку, но и программы из фильмов, сериалов?
Сначала играли классику, программы были более академические. Идея с киномузыкой родилась спонтанно. Мне давно хотелось сделать что-то в «Новом пространстве» Театра наций, я написал в театр и рассказал о нас. Так родился цикл концертов, посвященных саундтрекам к культовым фильмам и сериалам. В программе появилась музыка из «Джокера», «Интерстеллара», «Черного зеркала» и «Молодого папы». Как правило, никаких нот нет. Их считывает, а потом делает авторские аранжировки Виктор Мурашев, человек с абсолютно уникальным даром. На многих программах его можно увидеть за клавишными: так было и на «Властелине колец», ставшим самой массовой программой — на сцене одновременно было 13 человек.
Ɔ. У вас очень лояльный зритель, который, кажется, ходит не только за музыкой, но и за дружелюбной и раскрепощенной атмосферой. Вы прекрасно общаетесь с залом. Теперь у вас появилось свое пространство, настоящий дом. Что вы планируете в нем делать?
Это большой лофт в «Цилиндре» на пятом этаже «Хлебозавода», который вмещает 350 человек. Здесь мы будем не только давать концерты, но и репетировать, делать выставки, показывать спектакли, давать мастер-классы, приглашать на дегустации. То есть это будет событийная площадка, которая начнет работать в ноябре. Ниже расположена «Гостиная #9» — формат более камерный. Мы уже начали давать там концерты, совмещаем их с дегустацией вина, закусками. Всегда предлагаем зрителям остаться после концерта для неформального общения. В создании проекта нам очень помогает администрация «Хлебозавода» и ивент-агентство Red Events, надежная и проверенная команда профессионалов, мы давно работаем вместе. Аншлаги на концертах в «Аптекарском огороде» и на других крупных площадках Москвы — во многом их заслуга.
Ɔ. Скучаете по большим площадкам? Хотели бы выступить в Большом зале Московской консерватории?
Рад, что сейчас получается создать коллектив, в котором каждый может проявить потенциал и вспомнить то ощущение, ради которого все мы когда-то пришли в музыкальную школу и потратили детство на бесконечные занятия. У всех нас за спиной годы работы, но в нашем коллективе энергетика, атмосфера и отношения внутри важнее технических аспектов. Основной принцип — делать только то, что нравится, и только с тем, с кем хочется. Самое главное, что на этом пути нам удалось создать настоящее комьюнити музыкантов. И постепенно его частью становятся и зрители.
Расписание выступлений Simple Music Ensemble на сайте «Аптекарского огорода» и «Хлебозавода»
В Москве пройдет серия концертов Simple Music Ensemble
В этом году все мы вдруг оказались дома. Для кого-то эта остановка стала вынужденной и спешной, для кого-то, несмотря на все контексты, долгожданной. Так или иначе, но жизнь поменялась у всех: улицы опустели, самолеты почти перестали летать, театры закрылись, концерты отменились. Текстов и слов, осмысляющих происходящее, написано и сказано было немало. Не осталось в стороне, разумеется, и искусство. Музыканты писали композиции и целые альбомы, художники выплескивали чувства на холсты, а писатели — на бумагу. А еще мы все поняли, что возможность оказаться рядом друг с другом и сказать «Ты не один» — из редких и ценных.
Своеобразным напоминанием-метафорой станет и концерт «Solo. Violin. Ты не один», который пройдет в доме Simple Music Ensemble 17 декабря. В его программе — скрипичные сонаты и партиты Баха в исполнении солистки Анны Яновой. Несмотря на то, что этот цикл произведений композитора сопровождается пометкой Sei Solo, подразумевающей, что поддержки от других инструментов музыканту ждать не стоит, вечер получил название «Ты не один».
Формально оно объясняется тем, что со сцены прозвучат произведения не только Баха, но также других барочных композиторов — Телемана, Бибера, Маттеиса и Экклза, а компанию скрипке составят, к примеру, клавесин, лютня и виолончель. На деле же в этой фразе сплетаются смыслы, которыми полнится весь год. В них и нежность, и мысли, которые мы (порой как будто бы заново) стали учиться озвучивать, и строгая слегка лаконичность формулировки.
Для Simple Music Ensemble такой подход к формированию программы — скорее привычный, чем случайный. Убедиться в этом можно, рассмотрев афишу. В ней сны Владимира Набокова соседствуют со снами Хаяо Миядзаки, а композиции мультиинструменталиста Яна Тирсена из «Амели» — с сочинениями Ханса Циммера, написанными для «Интерстеллара». Учитывая, что зовут музыканты не куда-нибудь, а к себе домой, отказываться от такого приглашения совсем не хочется.
Концерт «Simple Music Ensemble. Queen» — отзывы
Все дни В выходные
Описание
Продолжительность: 1 час 10 минут
Дом Simple Music на «Хлебозаводе» – это новое место, посвященное камерному музыкальному искусству. Термин «камерный» происходит от латинского слова camera, то есть «комната». Это музыка на расстоянии вытянутой руки – живое звучание нестандартных акустических и электронных инструментов, изысканные напитки и многослойное иммерсивное действо на верхнем этаже бывшего хлебного конвейера.
Студия камерной музыки Simple Music Ensemble обратится к музыке одной из величайших рок-групп.
Queen – британская рок-группа, добившаяся широчайшей известности в середине 1970-х годов, и одна из наиболее успешных групп в истории рок-музыки. Средства массовой информации называют группу «культовой» и пишут, что она и по сей день имеет сотни миллионов поклонников. Группа выпустила пятнадцать студийных альбомов, пять концертных и многочисленные сборники. Восемнадцать хитов «Queen» занимали первые места в чартах разных стран. Каждый участник группы является автором как минимум одного хита, достигавшего вершины британского чарта. Концертные выступления группы также были признаны одними из самых ярких и значимых за всю историю рока.
О Simple Music Ensemble:
Коллектив профессиональных музыкантов, которых вдохновляет идея исполнять любимую музыку на нестандартных площадках. Их репертуар – выдающиеся произведения разных эпох, экспериментальная музыка и прочувствованная музыка из кинокартин в авторских аранжировках. Возможность самостоятельного выбора программы, неожиданные локации и гибкость формата объединила музыкантов со смелыми творческими идеями. Студия, основанная в 2018 году, развивалась стремительно – за год было сыграно более 50 концертов в России и Европе. Руководитель Григорий Волков учился в Московской государственной консерватории имени Петра Ильича Чайковского, Высшей школы музыки в Веймаре, Высшей школы музыки в Берне по классам валторны и исторического исполнительства и работал во многих российских и зарубежных коллективах – в том числе в Камерном оркестре Цюриха.
Концерт «Simple Music Ensemble. Muse»
Описание
Дом Simple Music на «Хлебозаводе» – это новое место, посвященное камерному музыкальному искусству. Термин «камерныи?» происходит от латинского слова camera, то есть «комната». Это музыка на расстоянии вытянутои? руки – живое звучание нестандартных акустических и электронных инструментов, изысканные напитки и многослои?ное иммерсивное деи?ство на верхнем этаже бывшего хлебного конвейера.
«Muse»– рок-группа из Великобритании, популярность которой не стихает на протяжении десятилетий. Композиции коллектива неизменно занимают верхние строчки хит-парадов Европы и США. Их выступления отличают эффектная техническая подготовка, качественное музыкальное звучание и чувственный вокал фронтмена Мэттью Беллами. Группа регулярно отправляется в гастрольные туры и участвует в фестивалях в качестве хедлайнера.
Сейчас группа «Muse» – это солист Мэттью Беллами, басист Крис Уолстенхолм и барабанщик Доминик Ховард. Команда уже несколько лет выступает неизменным составом, приглашая на концерты и для записи альбомов сессионных музыкантов.
Simple Music Ensemble представляет уникальную программу музыки Muse для нестандартного состава инструментов.
О Simple Music Ensemble:
Коллектив профессиональных музыкантов, которых вдохновляет идея исполнять любимую музыку на нестандартных площадках. Их репертуар – выдающиеся произведения разных эпох, экспериментальная музыка и прочувствованная музыка из кинокартин в авторских аранжировках. Возможность самостоятельного выбора программы, неожиданные локации и гибкость формата объединила музыкантов со смелыми творческими идеями. Студия, основанная в 2018 году, развивалась стремительно – за год было сыграно более 50 концертов в России и Европе. Руководитель Григорий Волков учился в Московской государственной консерватории имени Петра Ильича Чайковского, в Высшей школе музыки в Веймаре, в Высшей школе музыки в Берне по классам валторны и исторического исполнительства и работал во многих российских и зарубежных коллективах – в том числе в Камерном оркестре Цюриха.